13:10 

Шоша
Что-то мне снова пробило эксплуатировать воспоминания.
Поток, большой-большой выброс воспоминаний. Чем больше пишешь, тем больше хочется.
Зачем-то это, наверное, нужно. Для какой-то терапии, записать - отпустить.
Или же: записать - запомнить, оставить след, если не хочется отпускать.
Чтобы помнить (видеть) хоть эту вторичную буквенную проекцию, когда первичные звуки и запахи сотрутся из памяти.

Помнишь?..

Ночное купе Ужгород-Киев, и три умника (элита универовского интеллект-клуба) соревнуются в джентльменстве передо мной. Играем в карты, они - так, чтобы обыграть друг друга и при этом "не трогать" меня. Выводят меня погулять на остановках, подают ручку, предлагают свои курточки. 10 минут стоим на крытом львовском вокзале, и я впервые вообще во Львове, и стеклянная крыша над перроном меня обалдеть как прикалывает.
Перед этим весь отдых в Карпатах я с этими тремя танцевала на дискотеке и тусила в большой-пребольшой компашке (вся универовская), где была гитара и "Мафия". Один из умников танцевал и джентльменил со всеми подряд девчонками. Другой (высокий, анимешный, очень хорошенький) возвращался в Киев к своей девушке (хиппи и тоже интеллектуалка). А меня тоже, между прочим, ждал парень (сильный и уверенный Мистер Стабильность).

Третий был ты. Помнишь?
Танцевали мы под песню Скай "Тебе це може вбити". Из любви к песне и от незнания, о чем друг с другом говорить, мы оба подпевали во весь голос. Я знаю, про Скай ты точно помнишь.

И ты приглашал меня в Киеве на какие-то умняковые посиделки, на треньки, на непонятные фильмы. И я писала в какой-то свой днев - "еще так мало слов, а уже так много смысла". Я запостила куда-то наше фото вдвоем в Ужгороде на мостике, и подписала из Марички Бурмаки - "що хотіти іще нам варто, ніж стояти на цій межі..."

Я помню будний день, пары, зиму и снег, застилающий глаза. Помню, что мама передала сумку со вкусняшками мне на днюху, и надо было забрать эту сумку именно сегодня, и друг, который с машиной, в последний момент меня кинул. Ты сказал "ну и хрен с ним" (о друге) и "бедность не порок" (о себе). Я метров 20 наблюдала, как ты мужественно борешься с этой сумкой. Дальше мы потащили ее вместе.
На ту же днюху ты подарил мне часы, которые я ношу каждый день до сих пор. На той же днюхе я впервые познакомила тебя с Мистером Стабильность.

Я помню, как ты рвался в какие-то миры своей мечты, а они просто не хотели тебя принимать, потому что в этих мирах давно все занято и поделено без нас. А мне, как и тебе, хотелось, чтобы было по-другому и мечты сбывались. И я сидела с тобой на каком-то бордюре или брела до следующей станции метро, и говорила то, что тебе нужно было слышать - что-то вроде "думай еще, ничтожество, это все не то, разве не видишь, это не нестандартные решения, не ленись, плохо думаешь..."

Я помню, как ты был счастлив, пропадал на целые недели, находился и говорил без остановки, переходил на украинский, начинал курить.
Я помню, как твое счастье закончилось, и ты стучал кулаком в стену, и грозился зарыдать, и хотел только одного - идти вперед быстрым шагом по ночным улицам, молчать или рожать какие-нибудь мрачные философские теории. А я пробовала убеждать тебя выкинуть свои дурацкие сигареты, замутить с любой девушкой, тебе просто нужна девушка, с точки зрения физиологии, тебе просто станет легче, и ты говорил, что ничего не получится - у тебя теперь вся физиология "с человеческим лицом".
А потом, оставшись одна, я слушала твоего любимого Расмуса и понимала, как тебе.

Я помню, как я сама хотела рыдать и идти быстрым шагом вперед по каким-то темным улицам, на которых раньше не бывала. Помню, как я игнорила уже седьмой звонок от Мистера Стабильность, и ты почти умолял меня так не делать - "ты сама не понимаешь, как это жестоко". И ты снова двигал какие-то заумные теории о каких-то шахматистах, о сильных людях, о любви, и ничем, ничем не мог мне помочь. Ты говорил - "ничего, вызовем такси, я тебя подброшу".

Я помню - мы вдвоем встречаем Новый год у меня в общаге. Оба одинокие, свободные, опустошенные и не знающие, есть ли жизнь после. Я злюсь, что ты даже не шевельнешься помочь мне накрыть на стол. Ты открываешь шампанское под бой курантов, возишься с ним до смешного долго, и приходится переводить на стене часы на минут 10 назад. Мы смотрим на компе какой-то исторический фильм, полночи его обсуждаем и засыпаем рядом, как дети - я на твоем плече, твоя ладонь в моих волосах.
1 января мы вяло собираемся, ты на работу и я на работу. Я случайно вспоминаю, что там где-то под столом - твой подарок.

Ты помнишь?..

Иногда мы видимся выпить кофе или быстро поужинать после работы. Как правило, оба спешим и оба устали. В этот раз ты накормил себя и меня, чтобы показать, что сейчас ты можешь это себе позволить.
"У нас был только один нож, и ты захватила его под свой арбуз! Умница дочка..."
А в прошлый раз ты честно-честно хотел только чай и, ну ладно уговорила, половину моего тортика.
Как правило, разговоры быстрые - не потому что нечего сказать, а потому что все понятно с полуслова.
"Что, опять какое-нибудь особо творческое воздушное создание? И опять вечно надо спасать? Ты себе не изменяешь, парень..."
У тебя девчонки, работы, все еще какие-то идеи. У меня - работы и новый немножко-муж.
"Помнишь, в прошлую встречу ты спрашивал, скоро ли я в это наиграюсь? И я сказала, что скоро? Когда это было - январь, февраль? Так вот, чтоб ты знал - у Бога отменное чувство юмора"...

Ты всегда рядом.
Только сейчас я понимаю, что всегда.
О чем я вообще? Да, именно об этом.

URL
   

Улиткина раковина

главная